Андрей Рябов: «Как можно выгорать, занимаясь любимым делом?»
Андрей Рябов в представлении не нуждается. Краевед, писатель, но главное – Журналист с большой буквы. Его публикации в рубрике «Спасибо за город» любимы читателями газеты «Самарово – Ханты-Мансийск», а работ о родном крае и вовсе тысячи. Пришло время узнать немного больше об авторе, чьё сердце отдано людям.
«По жизни я – журналист»
– Расскажите о себе. Почему решили деятельность посвятить нашему краю?
– Потому что я – местный, здесь родился, в своё время здесь же помру. И свято убеждён в том, что на свете нет места прекраснее, чем Ханты-Мансийск и Югра. Мои деды-прадеды строили этот город, и я чувствую большую ответственность перед ними.
К сожалению, большинство заявлений о том, что мы чтим память предков и что никто не забыт, носят декларативный характер, на самом деле молодому поколению нет никакого дела до того, что было вчера, они ориентированы только на завтра. Льщу себя надеждой, что краеведческая деятельность позволит если не заронить искру интереса к прошлому, то хотя бы поможет ей не потухнуть под пеплом сиюминутности.
– К какой профессии/ призванию можете причислить себя? Журналист? Краевед? Писатель? Как давно пришли в профессию и почему?
– Ни в коем случае не писатель, хоть и пишу книжки. По жизни я – журналист, первые публикации за подписью «Андрей Рябов, юнкор» появились в окружной газете ещё в 1984 году. Много чего перепробовал – после школы была армия, затем восемь лет трудился на производстве, пока наконец не осознал, что должен заниматься тем единственным, что неплохо умею делать, – писать тексты. И с 1998 года тружусь штатным журналистом.
– Почему предпочитаете работать без диктофона и отдаёте предпочтение заметкам в блокноте?
– Потому что я – ретроград и консерватор, абсолютно не доверяющий технике, плюс – крайне ленив, ведь с диктофона нужно сначала снять запись, а потом её обработать. Главное – необходимо понять логику мыслей собеседника, уловить основную мысль, а потом изложить её литературным языком. Читать «подстрочный перевод» с диктофона чаще всего неинтересно.
– Над какими темами было интереснее всего работать?
– Над теми, которые в настоящее время не востребованы в СМИ, – расследования и публицистика.
– Что хотите донести читателям своими работами? Какие смыслы несёте в массы?
– Готовя материалы для рубрики «Спасибо за город», я всего лишь хочу показать землякам, как много талантливых, ярких, умных людей живёт и трудится рядом с нами. К сожалению, о большинстве из них мы не имеем представления, а это категорически неправильно. На самом деле каждый из героев – личность, и писать о них – одно удовольствие, кем бы они ни трудились – генеральным директором крупной компании или уборщицей, гробовщиком или полицейским, главврачом или банщицей.
– Какими своими материалами гордитесь? Что стало главным достижением в жизни?
– Ну, за без малого три десятка лет пребывания в профессии выходили и смешные фельетоны, и увлекательные путевые заметки, и яркие расследования. Иногда перебираю свой архив и удивляюсь: неужто это я написал?! Ай да Рябов, ай да сукин сын! В качестве главного достижения жизни назвал бы то, что есть энное количество добрых дел, которые стали результатом моих публикаций.
«Сумерки над урманом»
– Сколько всего у вас книг?
– Не считал, честно. Наверное, с десяток. Есть среди них издания и краеведческие, и очерковые, и художественные – например, повести «Полуденка» и «Пуйва», написанные в стиле фэнтези.
– Ваша новая книга – «Сумерки над урманом». О чём она? Как долго велась работа над ней? Какие отзывы даёт публика?
– Сидел над ней года три – иногда с полугодовым перерывом, так как случилась более важная работа. Она посвящена событиям Гражданской войны здесь, на Обском Севере. Давно хотелось попытаться понять, что заставило наших предков вдруг забыть про созидательный труд и отправиться убивать своих земляков, единоверцев, иногда даже родственников. Что касается отзывов, то они на удивление все благожелательные – за исключением родни, которая настроена более критично к моему, с позволения сказать, творчеству.
– Вы используете очень необычный язык для диалогов между персонажами. Почему?
– Необычный? На таком языке разговаривали ещё мои деды, и мне не хотелось, чтобы он оказался забыт. Он красивый, ёмкий, точный, вкусный, русский! Зато я не всегда понимаю современную молодёжь, которая курлыкает на каком-то своём птичьем наречии.
– Планируется ли продолжение?
– Вот закончится дачно-рыболовно-охотничий сезон и, надеюсь, вновь сяду за стол – руки чешутся. Сюжет «Сумерек» заканчивается в январе 1920 года – с окончанием событий Гражданской войны на Обском Севере. Но через год грянет крестьянское восстание, в котором мой главный герой примет самое активное участие.
– Как вы собирали информацию?
– Книги, воспоминания, документы – в Интернете и библиотеке можно найти информацию обо всём, было бы желание.
– Как получалось держать грань между желанием приукрасить и фактами?
– «Сумерки» – это художественное произведение, написанное на документальной основе, поэтому старался придерживаться основной канвы исторических событий. Как получилось – судить читателям.
Всё идёт так, как должно идти
– Свой сайт ведёте один? Не выгораете?
– Как можно выгорать, занимаясь любимым делом? Это оксюморон. Да, наполнением сайта «Остяко-Вогульск.рф» занимаюсь в гордом одиночестве, техническую сторону вопроса взял на себя мой брат Алексей.
– Где берёте фотографии?
– Там же, где документы, книги, картины, видео, песни о Югре, то есть везде, куда дотянутся мои шаловливые ручки и на что упадёт подслеповатый глаз…
– Как родные люди относятся к вашей деятельности?
– Давно махнули на меня рукой, ибо краевед – пропащий человек, который трудится не над укреплением семейного благосостояния, а занимается всякой ерундой. Шучу: мои близкие – это тот фундамент, благодаря которому я могу заниматься любимым делом.
– Есть ли у вас наследник или ученик, которому вы планируете передать «бразды правления» и обучить своей деятельности в будущем?
– Да я как бы не собирался завтра отходить к праотцам, Бог даст – ещё поработаю… Но «браздов» или «бразд»? – не имеется, никаких учеников-наследников на обозримом пространстве не наблюдаю, все вокруг – нормальные современные молодые люди, которые вряд ли согласятся, например, даже не часами – сутками оцифровывать какие-то выцветшие снимки или документы с «ятями». Се ля ви.
– Если бы была возможность повернуть время вспять, то выбрали бы другой путь?
– В каких-то моментах – да. Например, на армейском сборном пункте, когда «покупатели» из ВДВ предлагали всем желающим встать в их строй. Мне очень-очень хотелось попасть в ряды «крылатой пехоты», но я до жути боюсь высоты, поэтому смалодушничал и не шагнул вперёд. До сих пор жалею. А в остальном всё идёт так, как должно идти, – своим чередом. Делай что должно, и будь что будет.
Максим Черепков, фото Андрея Краснова
