Самарово накануне строительства окружного центра: 1920-е годы. Часть 2
Окончание. Начало статьи доступно по ссылке.
Адреса и церковь
В 1927 г. в Самарово уже появились названия улиц без номерных знаков домов. Один из адресатов, крестьянка Корепанова Акилина Фёдоровна, направляя заявление в Самаровский сельский совет, пишет обратный адрес: село Самарово Тобольского округа, ул. Ленина (нынешняя ул. Кирова. – Л.З.), угол Пролетарского переулка.
До этого момента писали следующим образом: «Кузнецова Дарья Митривна об отдаче ей места под усадьбу между домом Михаила Булашева и Голубенко Л.», «Об отводе усадебного места сзади Нестора Карандашева».
В списке владельцев 1928 г., имеющих жеребцов, кои должны остаться как производители, жители Самарово распределялись как живущие на Верхнем конце и Нижнем конце. В селе существовали церковь Покрова Пресвятой Богородицы и три часовни: Никольская, Ильинская и при крестьянском кладбище – Во имя Всех Святых (в районе бывшего рыбокомбината).
К этому хочу добавить, что уже упомянутый в этом выступлении священник Герман в 1924 г. отмечал: «Но так называемые верующие… к храму очень холодны, хотя любят заказывать литургии об усопших в дни их Ангела (на которых однако сами отсутствуют)… Они к празднику (Покров) и к служению у них заезжего Архиерея совершенно равнодушны. Кроме двух мальчиков, никто не хочет даже стать в алтарь. Молодежь (подростки) в комсомоле, и особенно на женщинах заметно огрубляющее действие безрелигиозности. Они все почти курят, стригут волосы, на каждом слове почти все черкаются (чертыхаются), и с утра до ночи щелкают, подобно белкам, кедровые орехи. Но это не мешает им очень хорошо и со вкусом одеваться, и вообще они в домах… очень чистоплотны, но ни в одном дворе вы не увидите ни одной форточки, ни в одной печи вытяжки, ни в одном доме даже холодных, хотя бы отдельных от домов уборных».
Крестьянское кладбище
В селе имелось два кладбища. Одно из них было местом прежнего упокоения людей купеческого звания и других именитых граждан села, но по состоянию на 1928 г. это довольно маленькое место заселялось умершими без особого разрешения, в то время как имелось специальное – крестьянское кладбище.
Протоколом №2 заседания секции местного хозяйства и благоустройства Самаровского сельского совета было зафиксировано решение: «Запретить хоронить умерших людей на месте б[ывшей]/больницы – рядом с усадьбой Конева Филиппа Владимировича и на горке около церкви, т.к. в первом месте находится усадебный участок, который может за скудностью таковых в Самарове земобществом быть отдан кому-нибудь из членов под застройку и затем место это находится вблизи от воды р. Иртыша, куда от могил может быть сток. Около церкви тоже очень немного места, рядом находятся ямы для овощей. Секция считает, и на этом месте хоронить не следует, вменяя в обязанности всем жителям Самарова хоронить умерших на кладбище, находящемся у «Горшечного логу», о ремонте которого поставлен вопрос на ближайшем собрании граждан с. Самарова…»
В плане той же секции в 1928 г. запланировано: «На общем собрании гр-н с. Самарово поставить вопрос об исправлении кладбища в с. Самарове, для чего просить население о доставке леса для огорожения, предварительно учтя потребность леса. Запретить населению хоронить умерших выше села (место быв. больницы), где схоронены Серков и Ильин».
Об образовании
Предположительно, и, наверное, можно сказать с уверенностью, что первый из двух названных людей являлся Серковым Семёном Васильевичем, учитель, а впоследствии заведующий Самаровским 2-классным училищем. Самаровское 2-классное училище было открыто в 1899 г., преобразовано из сельского министерского, существовавшего с 1858 года от Самаровской Покровской церкви, и находилось оно в нескольких саженях от Покровской церкви.
Автор этих строк предполагает, что это место, где когда-то на площади Свободы находилась восьмилетняя школа №4. Семён Васильевич Серков внёс заметный вклад в развитие народного образования не только Самарова, но и Самаровской волости. Он родился 28 марта 1859 г. в семье священника. В 1883 г. окончил полный курс Тобольской духовной семинарии. С февраля 1885 г. преподавал в различных школах Туринского уезда Тобольской губернии.
За шесть лет благодаря его стараниям было открыто шесть школ и Благовещенское женское училище. С 1 сентября 1899 г. С.В. Серков приступает к работе в Самаровском училище. В 1919 г. с образованием волостного отдела народного образования С.В. Серков исполнял одновременно две должности: заведующий Самаровским 2-классным училищем и зав. волостным отделом народного образования.
Второй человек по фамилии Ильин, безусловно, также имел авторитет в общественно-политической жизни села Самарово, но сведений о нём выявить не удалось.
По состоянию на 1 января 1922 г. в селе существовали: школа 1 ступени, школа 1 ступени повышенного типа из шести групп. Всего учащихся 109 (54 мальчика и 55 девочек). Учителя – Серков Семён Васильевич, 1859 г.р., и Юденич Людмила Ивановна.
В 1928 г. школа повышенного типа имела название Самаровская районная опорная школа «Семилетка», которую возглавлял Елишев (Екишев) Николай Васильевич.
О Сумкине Василии Степановиче
Нельзя не сказать несколько слов и о руководителе вышеупомянутой секции местного хозяйства и благоустройства при Самаровском сельском совете Сумкине Василии Степановиче, 1904 г.р. В Самаровском сельском совете он начал работать с 1925 г., заведовал культурной секцией, до этого работал делопроизводителем и в военном столе РИКа.
Отца своего он не знал, тот погиб в годы русско-японской войны. В своё время дом Василия Степановича, в котором он проживал с женой Галиной, потомком рода Шейминых, и детьми, по ул. Свободы, был снесён в связи со строительством на этом месте нового здания профсоюзного клуба Рыбников Ханты-Мансийского рыбокомбината в начале июля 1967 г. (сейчас на этом месте баня).
Многие старожилы города помнят его как человека с крупной фигурой, лысой головой и в очках, почти всю свою жизнь проработавшего в горрыбкоопе Ханты-Мансийска.
Раздел имущества
По состоянию на 1 апреля 1927 г. в селе проживало 1 150 чел., из которых служащие и административно-ссыльные составляли 280 чел. Согласно семейно-имущественным спискам по населённым пунктам Самаровского района, в 1929 г. Самарово продолжало оставаться административным центром для десяти селений: деревни Мануйловской (исключили из учётных данных Ханты-Мансийского района в октябре 1973 г.), юрт Тренькинских, Чучелинских, Пашкинских, Кышиковских, Терешкиных, Кузнецовских, Вершинских, выселка Наримановского и посёлка Кривошапкинского.
Возможно, предчувствуя наступление более тяжёлого времени, и, как показала история, оно и наступило в 1930-е гг., некоторые главы семей начинают прибегать к разделу имущества. Так, исследователь, обратившийся в государственный архив Югры, может познакомиться с раздельными записями имущества Ершова Владимира Васильевича, Николая Николаевича Шеймина, Анисьи Михайловны Коневой в документах Самаровского сельского совета.
Семья Шеймина, состоящая из шести человек по состоянию на май 1927 г., имела двухэтажный деревянный дом, купленный домохозяйкой Шейминой Марией Фёдоровной и стоящий 300 руб., который остался в непосредственном владении и пользовании хозяйки и разделу не подлежал.
Треть земли отошла Николаю Шеймину младшему, ему же отошла и изба, правда, недокрытая железом, одна лошадь, одна корова, лодка однодеревка, двое саней, некоторая мебель и кухонный инвентарь. Всё остальное имущество: постройки, скот, инвентарь хозяйственный и домашний – осталось в пользовании остальных пяти членов семьи.
Самаровский сельский совет признал целесообразным раздельную запись ввиду того, что в семейной жизни членов семьи было полное несогласие.
Жили размеренной жизнью
Самарьяне продолжали жить своей размеренной жизнью, занимались ловлей рыбы, охотой, вели домашнее хозяйство. Рыба – красная, белая, чёрная, которую принимало Самаровское потребительское общество «Свобода» от жителей Самарово, вывозилась на тобольский рынок в адрес Северосоюза.
Так, за период с 1 октября 1925 г. по 1 октября 1926 г. в мороженом виде было вывезено красной рыбы: икряный осетр – 1 пуд, осётр кол. (так в документе) – 22 пуда, стерляди – 0. В белую рыбу входили муксун, нельма, сырок, чёрную – щука, налим, язь, чебак. Всего вывезено 2 863 пуда мороженой рыбы.
В окружающих село Самарово лесах водились медведи, лисицы, колонки, бурундуки, горностаи, зайцы, летали птицы: косачи, глухари, сороки, дятлы, рябчики, тетерева, куропатки, кедровки.
Самарово окружал лес, снабжающий население села строевым лесом: кедром, сосной, пихтой, елью, на дрова шли берёза, осина, тал.
На усадебной земле садили в основном картофель. Очень редко какая хозяйка садила репу, морковь. 275 коров давали молоко самаровским семьям, основной транспорт – лошади, количество которых составляло 380. Свиней держали немногие.
Охотники
По сведениям списка граждан, имеющих огнестрельное оружие и холодные охотничьи припасы, в арсенале охотников имелось огнестрельное оружие: централки, дробовики, винтовки системы Бердана, крымки, двухствольные шомпольные ружья Тульского, Ижевского заводов.
В акте экспедиции по устройству территории Самаровского района, а именно «прав и пожеланий Самаровского 1-го общества угодьепользования» во главе с заведующим устройством территории Тобольского округа Мальцевым Т.К. в 1929 г., отмечались три категории охотников:
«а) любители, коих более 50% населения, и служащие учреждений, охотящиеся только на птицу для своих нужд, редко на медведя;
б) промысловики на водоплавающую дичь, учтено до 27 чел., охотятся у с. Самарово в радиусе не более 5-6 верст, редко верст за 10, и
в) промысловики-пушняки, коих лишь несколько, до 7 чел. из 27. Эти последние охотятся на белку, горностая, колонка, лисицу, медведя и др. зверей. Пушняки-промысловики охотятся в Северной и Полуденной горах».
Члены экспедиции, также проанализировав расположение села как крайне неудобное – «с одной стороны стесненное горою, с другой – рекой Иртышом, особенно при разливах», пришли к выводу, что «село нуждается в расширении зоны усадеб, что возможно только в сторону горы (на горе) примерно в 1½ верстах по перпендикуляру от р. Иртыша через центр села Самарова».
Преобразования, в корне изменившие дальнейшую жизнь не только самарьян, но и всей территории будущего Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, начались с начала строительства центра вновь образованного Остяко-Вогульского национального округа – в 1931 г. в 5 км от села Самарово.
Забегая вперёд, отмечу, что в 1932 г. селение Самарово имело свыше 5 000 душ жителей. Рост произошёл за последние два года за счёт развернувшейся промышленности, нового строительства и организаций окружных учреждений и предприятий. Рыбоконсервный комбинат имел 520 рабочих, леспромхоз – 100, в строительстве окружного центра было задействовано 400 чел.
Лидия Завьялова, КУ «Государственный архив Югры», подготовил Андрей Рябов
